(С) Татьяна Гаева

ПИФ, ПАФ, PUFF! - Окончание

- Среди ваших девочек есть замужние? Знают ли мужья о профессии жен?

- Замужние есть, и довольно много. Мужья чаще всего знают или, по крайней мере, догадываются, но стараются в разговоре не затрагивать эту тему. У двух наших девушек мужья были алкоголики, они прекрасно все знали, и им было наплевать. У Кати муж был ее первым мужчиной, пять лет вместе прожили, ребенок родился. И вот в один прекрасный день он ей сказал: иди зарабатывай деньги. И она поехала. Собственный муж на панель послал. Ей настолько работа эта понравилось, что теперь она уже не может с этим завязать. И с мужем разводится.

Оля:

- Женщина в семье вообще не должна зарабатывать больше мужчины. Иначе она тут же начинает подумывать, зачем ей все это надо.

- Я почему спрашиваю: читала и смотрела по ТВ, что  у немецких проституток обычно есть друг, который о ее работе прекрасно знает и ничего против не имеет.

Юра:

- Немцы смотрят на это дело несколько проще и проблемы в этом не видят. Вот была у нас девочка из Сибири, у нее был друг немец. Сначала поработала у нас, потом открыла свой стриптиз-бар. Неплохо зарабатывала. А друг заставлял ее все равно ходить в комнаты.

Оля:

- Я когда-то познакомилась на языковых курсах с русской девушкой, когда еще только приехала в Германию, и в процессе общения выяснилось, что она работает проституткой. Сначала она приезжала на заработки и просто работала на улице, потом вышла здесь замуж. С мужем познакомилась там же, на улице. И, уже будучи замужем, лет пять еще продолжала заниматься проституцией. Ее благоверный на работу провожал и встречал, не имел ничего против способа ее заработков. Для меня тогда это был шок: я впервые познакомилась с проституткой. Это было почти так же, как познакомиться с космонавтом. При этом дома она прекрасная хозяйка, так что многим женщинам можно было бы поучиться. Со временем выучилась, получила профессию. Бросила свой прежний заработок и теперь работает по профессии. Живут душа в душу, прекрасная семья. И родители его с самого начала знали, где он с ней познакомился. Для них главное – чтобы они счастливы были, а уж чем она занимается, неважно. Остальное им было абсолютно не интересно.

Юра:

- Другой пример. Девушка вышла замуж за своего бывшего клиента. Он работает в банке, очень неплохо зарабатывает, так что она могла бы вообще не работать. Но она подрабатывает в борделе, говорит, что работает там администратором. В любом случае он догадывается, что она и в комнаты ходит.

Я только что был на юге Германии в клубе, и мой друг, хозяин этого клуба, был пять лет женат на болгарке, которая все это время работала в этом же клубе проституткой. Недавно они разошлись, и ее новый муж категорически против того, чтобы она работала проституткой.

У нас сейчас три девчонки работают, не аккуратные, все везде оставляют, вещи свои. А Машка – аккуратная. Идет по улице – и не скажешь, что проститутка, - фотомодель! И в хозяйстве чистоплотная, хорошая девочка.

Оля:

- Иногда девочки начинают играть в любовь. Ходят на дискотеки, там флиртуют. Мужчины сразу же видят, что это за женщины и начинают этим пользоваться. Вытягивать деньги. Нам приходится вмешиваться, говорить, что это идет в ущерб работе. Альфонсы высасывают все до последней копейки. Иногда это нужно ей объяснить, а иногда и запретить. Сами они этого не понимают. Работают все ночь, потом едет к нему, продукты к нему тащит, кормит. Вечером на работе выходит сонная, абсолютно не привлекательная. Ни нам, ни ей никакого толку. Зачем ты приехала – собирай вещи и езжай домой. Свободное время не должно быть в ущерб работе. Это их дело, где они проводят свободное время, но в данном случае это чересчур. Они считают, что раз работа у них свободная, и они свободны, то они могут себе это позволить. Этот мужчина готов себя содержать? Чтоб ты здесь больше не работала? Предупреждаем. За сбой графика работы – штраф. Не предупредив, не можешь не выйти на работу. Она возражает: «Мы не заводе!» Какая разница! Там ты трусы шила, здесь – снимаешь. Рабочая дисциплина одинакова и тут, и там. Завод открылся, конвейер запущен, продукция идет. Здесь точно также.

Наша проблема – привести в дом гостей, ваша задача – создать ему все условия, чтобы он пришел еще. Если клиент ушел недовольный, то больше он сюда не придет. Как себя девочка приподнесет, так у нее гешефт и пойдет. Если ты к клиенту вышла с кислой миной  - зачем ты ему такая нужна, у него жена дома такая.

- Девочки какого возраста работают в вашем борделе?

- От 18 до 37.

Оля:

- У нас нет возрастных границ как таковых. Девушка работает сама на себя,  а сумеет ли она соблазнить клиентов, которые к нам приходят, и увести с собой в комнату, другой вопрос. Если она и в 40 лет может удовлетворить желания мужчины, и он готов за это платить, то почему бы и нет? Есть такие девчонки, которые в 35 выглядят на 20. Женщины не совсем молодые – на любителя. В основном, все любят девочек помоложе и попышнее. Бывает, что работают такие проститутки, и клиенты к ней ходят, которые и 10 лет назад к ней ходили, и до сих пор продолжают по инерции. Восточные клиенты любят блондинок и полненьких, чтоб было за что подержаться. Для немца – чем худей, тем лучше. У нас работают несколько пухленьких и одна совсем худенькая. Немцы идут к ней, турки – к остальным.

Юра:

- Есть тут одна хозяйка борделя, 52 года.

Оля:

- У нее на лбу написано, что она опытная женщина.

Юра:

- Так она еще сама в комнаты ходит. И в шарме ей не откажешь, и выглядит она отлично. У нее, правда, «своего» уже ничего не осталось, все полностью сделано.

- Итак, прошел год работы, все идет хорошо. Существует мнение, что всякий бизнесмен стремится к расширению своего бизнеса. Это правда?

Оля:

- Да, развиваться не просто хочется, но и нужно. Вначале было трудно, муж постоянно находился там. Сложностей было много, опыта мало. Сейчас все более-менее налажено, и мы можем позволить себе нанять администратора.  Появилось свободное время. Но рано или поздно становится скучно: дальше-то что? Поэтому у нас есть идея – расширяться. Мы договариваемся о покупке еще одного публичного дома, но на юге Германии.

- Почему не в Берлине?

- Берлин нищает, цены падают. На юге и народ побогаче, и денег там больше. Как бы ты в Берлине не крутился, выше головы не прыгнешь. Конкуренция здесь тоже очень высокая – борделей слишком много.

Юра:

- Гешефт, который я нашел, расположен очень удачно – прямо у автобана. Раскрученный бордель, даже рекламу не нужно делать. Только за ночь там проезжает около 40 тысяч машин. И чем обособленней заведение выглядит, тем лучше. Оно не должно привлекать внимание, в этом деле показуха – лишнее. Люди предпочитают с черного входа заходить. Думаю, не нужно объяснять, почему.

Если мы уже все равно этим занимаемся, какая разница, сколько у нас домов – один, два или десять.

- Сколько может заработать проститутка?

Оля:

- В среднем три-четыре тысячи в месяц чистыми. По-разному. Зависит сильно от погоды и времени года. С середины декабря по середину января все очень спокойно, и не только у нас. На глупости не хватает ни времени, ни средств. Весной все начинает двигаться, все просыпается. Это как с сигаретами. Как бы финансово не было тяжело, сигареты покупают. Даже если денег нет, 40 евро все равно «наскребет» и к нам придет. Один с авоськами заходит – с работы, по дороге домой сначала в магазин за продуктами, потом к нам. В костюмчике, при галстуке, в одной руке продукты, в другой – моющие средства.

- Не собираетесь ли вы заняться чем-нибудь другим и бросить публичный дом?

- Нет, не собираемся. Есть мысль, что этот бизнес для того, чтобы просто поддерживать финансовый статус. Потому что это наш товар – непортящийся. Хотелось бы параллельно для себя заняться чем-нибудь более интеллектуальным. Например, на тот случай, когда тебя спрашивают, а чем ты занимаешься, не красноречиво молчать, а достать визитку.